Мирная инициатива СДПГ и, в частности, манифест СДПГ интересны не столько своим содержанием, сколько дискуссией, которую они вызвали. Аргументы миротворцев в рядах СДПГ натолкнулись на контраргументы, которые, в свою очередь, потребовали новых аргументов против контраргументов. И т. д. При этом речь идет о чисто политическом дискурсе, то есть без участия юристов, по принципу: когда говорят политики, юристы должны молчать. Для всех участников дискуссии, включая инициаторов Манифеста, присоединение Крыма к России — это аннексия, а спецоперация России на Украине — это агрессия, нарушающая международное право. Чисто юридические понятия превратились в аксиомы, не подлежащие обсуждению, отвергая тем самым любую возможность взглянуть на конфликты и войны последних лет именно с точки зрения международного права, а не с точки зрения морали и политики.
Например, влиятельный политик партии СДПГ Норберт Вальтер-Борянс, подписавший Манифест, однозначно заявляет: «Манифест не претендует на то, чтобы стать патентованным рецептом, и не умалчивает о том, что война на Украине является агрессией Путина, противоречащей международному праву, и что международно-правовые претензии Украины справедливы». (1) Никто из участников дискуссии не готов взять на себя роль «Понимателя Путина». Аргументы Кремля и позиция российского руководства по вопросам войны и мира — как в целом, так и конкретно по конфликту на Украине — не подлежат дискуссии, все это отдано российской пропаганде. Речь также не идет о геополитическом противостоянии между Восток и Западом и тем более о конфликте мировоззренческих концепций: все участники спора — достойные представители европейской цивилизации и сторонники европейских ценностей.
Тем не менее дискуссию между миротворцами и их критиками можно систематизировать. Главная линия разграничения, которая проходит через весь этот спор, во многом определяется вопросом о том, кто виноват в конфликте на Украине: только ли Россия или также и Запад? Миротворцы из СДПГ, исходя из того, что гарантированную безопасность в Европе можно построить только коллективно (то есть вместе с Россией), далеки от того, чтобы во всем обвинять только российское руководство. Для критиков мирной инициативы социал-демократов, наоборот, именно Россия и есть первопричина всех бед. Дискриминация России и демонизация Путина — это их излюбленный прием в споре с миротворцами. Что, впрочем, и понятно: без определения России как абсолютного зла у них может рассыпаться весь фундамент их военной риторики.
Пожалуй, главный упрек в адрес составителей Манифеста — это то, что они потеряли связь с реальностью. Например, министр обороны и член партии СДПГ Борис Писториус обвинил их в «отходе от реальности». Сам министр сильно не вдавался в детали своего обвинения, зато другие критики Манифеста не пожалели красок, чтобы обрисовать всю наивность новоизбранных миротворцев. Пожалуй, больше всех в этом преуспел немецкий историк, публицист и бригадный генерал в отставке Клаус Виттманн. «Уже кувырок назад?» — спрашивает он, указывая на то, что Манифест с большим восторгом был встречен партией АдГ и Союзом Сары Вагенкнехт. «Ведь этот документ в корне противоречит внешней и оборонной политике нового правительства и призывает к новому повороту в политике по отношению к России, в которой еще предстоит полностью разобраться — с учетом ошибок последних десятилетий». (2)
«Здесь можно констатировать поразительную слепоту в отношении целей Владимира Путина» — заявляет Виттманн, уверенный в том, что именно Путин виноват в крушении надежд на создание единой европейской безопасности. Он пишет: «В своих обращениях к НАТО и к правительству США от 17 декабря 2021 года президент России в прямой форме объявил о своих целях — подчинить Европу, возрождая доктрину Брежнева. Он разрушил основные принципы европейской системы безопасности (согласно Заключительного акта Хельсинки 1975 года и Парижской хартии 1990 года), правильно описанные в «Манифесте», сделав шаг в направлении провозглашенного им «переустройства» Европы и мира. Можно быть уверенным, что в случае победы над Украиной или даже заключения сомнительного «мирного соглашения» Путин не остановится на достигнутом. Ведущие эксперты убеждены, что при нынешних темпах военного строительства и увеличения численности вооруженных сил к 2029 году Россия будет располагать достаточными средствами, чтобы проверить сплоченность и боевую готовность НАТО, например, в таком уязвимом месте, как Прибалтика, не говоря уже о дальнейшем ведении гибридной войне против Запада, в том числе против Германии».
Три западных мифа об агрессивных намерениях Путина в одной упаковке: Путин, а не Запад, виноват в разрушении принципов разрядки напряженности, он взял курс на милитаризацию России и готовится к войне с НАТО, чтобы реализовать провозглашенное им переустройство Европы и мира. Естественно, ни о какой коллективной ответственности и об участии Запада в разрушении существовавшего после Второй мировой войны мирового порядка здесь речи не идет. Это Россия угрожает Западу, а не наоборот, например, расширяя НАТО на Восток и вооружая Украину. Угроза со стороны агрессивной России — главный аргумент сторонников милитаризации Европы. Виттманн рассуждает: «Военная угроза возникает из способностей и намерений. Массивное наращивание военного потенциала России очевидно, вопрос — для чего? Намерения можно вывести из провозглашенных Путиным целей, но их реализация зависит от военной мощи и оборонного планирования. Речь идет о сдерживании — насколько оно реально. Поэтому и существуют оборонные планы НАТО, согласованные со всеми ее членами, включая план по переоснащению слишком маленькой, урезанной по бюджету и ослабленной армии Германии. Ни один западный и тем более немецкий политик не хочет вести войну, но хочет лишить такого агрессора, как президент Путин, всякого желания напасть на территорию членов НАТО».
Желание Путина напасть на Европу — это и есть тот главный аргумент, который, должен оправдать «воинствующую» политику Европы и Германии. По мнению Виттмана, это именно та реальность, которой не хватает авторам манифеста. Отсюда их слепая наивность по отношению к намерениям и действиям Путина. Они не видят даже того, что именно Путин виноват в том, что Клингбайль провозгласил разворот в политике социал-демократов по отношению к России: безопасность не вместе с Россией, а против нее. Виттманн пишет: «Это не конфронтация или обеспечение безопасности против России, как в интервью соавтор и бывший лидер партии СДПГ Норберт Вальтер-Борянс приписывает своему преемнику Ларсу Клингбайлю. Конечно, было бы желательно обеспечить общую безопасность с Россией, если она готова к миру. Но за то, что на передний план вновь выходит безопасность против России, несет ответственность Путин; как и в призыве о том, что на Украине необходимо положить «конец смертям», необходимо четко указывать на то, что каждый погибший ложится на счет Путина».
В условиях угрозы, которая нависла над Европой, любое проявление миролюбия по отношению к России, считает Виттманн, просто неуместно. Он пишет: «Манифест, отвергающий «военную риторику», присоединяется к ряду других сторонников упрощать ситуацию: к Саре Вагенкнехт, которая, похоже, очарована ореолом непобедимости России и считает, что оказание военной поддержки Украине ведет к опасной эскалации; вместе с ней генералы Куят и Вад, профессор из Галле Йоханнес Варвик, который с начала вторжения выступает за «умную дипломатию» с (совершенно непримиримым) Путиным, не сумев ни разу ответить на вопрос о том, какой «компромисс» между намерением убить и желанием выжить вообще возможен. Даже Михаэль Рюле, чиновник НАТО и эксперт с хорошей репутацией, преобразился с тех пор, как стал писать для Cicero, осуждая «военную истерию» и «панику» и даже обзывая своих коллег с другой позицией «комментариатом» (маленькая группа журналистов, взявшая на себя бремя выражать общественное мнение, зам. автора).»
Реальность по Виттманну — это признание того, что на Украине речь идет не о войне между «двумя враждующими сторонами», а о жестокой кампании по подчинению и уничтожению мирной соседней страны». Поэтому пассажи Манифеста об «односторонних обвинениях», о некой «военной стратегии конфронтации» неких «сил», которые «утвердились в Германии и в большинстве европейских государств, о предполагаемом «подрыве» Западом Хельсинкского мирного соглашения и саботаже при выполнении Минских соглашений после 2014 года — это все скрытый релятивизм в понимании того, кто есть истинный агрессор.
Сторонники дипломатии совершенно не понимают, с кем они имеют дело. Виттманн, пытаясь окунуть их в реальность, пишет: «Конечно, дипломатические усилия никогда не должны прекращаться. Но в документе совершенно не учитывается, что для Путина дипломатия является средством ведения войны, что он ни на йоту не отступает от своих целей подчинить Европу, что его условия для перемирия и начала серьезных переговоров уже сами по себе являются требованиями полной капитуляции, что он понимает только язык силы, что он по отношению к президенту США играет со временем и только делает вид, что готов к переговорам. Как можно быть настолько наивным? Все «маленькие шаги» к мерам по укреплению доверия, упомянутые в Манифесте, будут бесполезными, пока Путин день и ночь будет продолжать свою разрушительную работу, смеясь, по всей видимости, над наивными западными политиками».
Виттманн выставляет себя хорошим «знатоком» не только Путина, но и тайных пружин его политики. Он пишет: ««Взаимное восприятие угрозы между НАТО и Россией» игнорирует следующее: Путин точно знает, что НАТО для России не представляет угрозы. Интересы России в области безопасности по отношению к оборонительной по своему характеру НАТО носят скорее политико-психологический характер, усугубляемый колониальным неоимпериализмом и стремлением к реваншу, а также элементарным страхом перед заражением своего народа демократическим вирусом».
Можно и дальше цитировать Виттманна, но в целом картина понятна: в своей критике Манифеста он опирается преимущественно на нарративы, призванные дискредитировать путинскую Россию. Не так далеко ушли от Виттманна и другие критики мирной инициативы социал-демократов. Корни их аргументации легко найти в русофобской и воинствующей идеологии трансатлантизма.
1. https://neue-entspannungspolitik.berlin/norbert-walter-borjans-ich-habe-das-manifest-unterschrieben/