Миллиарды для Украины, курс на дальнейшую конфронтацию с Россией вопреки мирным инициативам Трампа, лидирующая роль Германии в милитаризации Европы, загоняющая страну в новые многомиллиардные долги. И все это на фоне экономического упадка и роста проблем практически во всех сферах жизни страны. Что двигает политику Мерца?
Мерц как молодой политик
О миссии Мерца как канцлера Германии лучше всего, пожалуй, расскажет его политическая карьера. Она знает как взлеты, так и падения. В самом начале — довольно успешная карьера в рядах ХДС, куда он вступил в 1972 году, будучи еще школьником. После активной деятельности в Молодежном союзе партии — накопление опыта работы в Европейском парламенте и в бундестаге. Наконец, небывалый карьерный взлет для еще молодого политика: после выборов в Бундестаг в 1998 году Мерц сначала становится заместителем председателя, а в феврале 2000 года, сменив Вольфганга Шёйбле, председателем фракции CDU/CSU в Бундестаге. Он становится лидером оппозиции при канцлере Герхарде Шредере (СдПГ) — в одном шаге от поста канцлера на следующих выборах бундестаг.
Но дальнейший путь на самую вершину власти в 2002 году ему преградила председатель партии Ангела Меркель, заявив о своих правах на пост председателя фракции. Мерц был избран заместителем председателя фракции, что не соответствовало амбициям молодого политика: он начал многолетнюю борьбу с Меркель и проиграл в ней. В феврале 2007 года он заявил, что из-за внутренних разногласий в партии не будет выставлять свою кандидатуру на выборах в Бундестаг в 2009 году. (1)
Мерц как председатель общества Atlantik-Brücke
Мерц проиграл, но свои выводы он наверняка сделал. Без надежного тыла, то есть без широкой поддержки последователей, в большой политике нечего делать. Поэтому его появление в обществе Atlantik-Brücke, которое он возглавил в 2009 году, было далеко не бессмысленным: более надежного фундамента для политической карьеры в Германии просто не найти. Но надо отдать ему должное: он возглавил общество в самый сложный его период, когда после кризиса трансатлантизма в 1990-х годах потребовалась его реанимация.
Действительно, после развала Советского Союза рухнула идеологическая основа атлантизма, а вместе с ней, казалось бы, должен был уйти в небытие и трансатлантизм как политический проект Запада в борьбе против коммунистического Востока. В деятельности трансатлантистов наметился определенный идейный и организационный кризис. Но к концу первого десятилетия 21-го века возникла опасность дальнейшего дрейфа Европы в сторону набирающего силу Востока: после отказа правительства Шрёдера участвовать в войне в Ираке, после строительства Северного потока и небывалого роста экономических отношений между Германией и Россией, после провала грузинской авантюры в 2008 году и саммита НАТО в Бухаресте в том же году, когда правительство Меркель не поддержало планы США по принятию Украины и Грузии в НАТО и т. д. Это не устраивало США на их пути к построению однополярного мира. Это не устраивало трансатлантистов, которые в укреплении Востока видели новую угрозу для Запада. Атлантизм как идеология вновь оказался востребованным.
Мерц в своем интервью по итогам работы общества с июня 2010 года по июнь 2011 года дал не только оценку этой новой ситуации, но и обозначил главные направления своей деятельности в условиях стоящих перед трансатлантистами вызовами. По сути, речь шла о реорганизации трансатлантических отношений в новых условиях. Интервью было опубликовано под заголовком «Между традицией и новым началом: Атлантический мост и германо-американские отношения». Мерц открыто говорит о главной проблеме европейских трансатлантистов: они просто-напросто не знают, что им дальше делать. А именно: «Американцам и европейцам необходимо выработать общую политику, чтобы иметь возможность реагировать на масштабные изменения в нашем мире. Беспорядки в арабских странах уже свидетельствуют об этом. Однако мы видим, как трудно Европе найти свою позицию. Это наглядно показывает, на каком берегу Атлантики возникла большая проблема. То, что мы сейчас наблюдаем в плане внешней политики Европы, должно нас отрезвить. Мы не в состоянии говорить с американцами на одном языке, и они это понимают. Мы не сможем положиться на американцев, пока сами не определим, чего мы хотим. Мы, Atlantik-Brücke, с тревогой следим за развитием событий. В настоящее время мы испытываем фундаментальную потребность в трансатлантическом диалоге». (2)
«Мы должны мыслить многомерно, а не двумерно», — предлагает Мерц, уделяя особое внимание Китаю: «Важно, чтобы мы не стояли на месте и не останавливались на достигнутом. В связи с этим мы, например, в нашем правлении обсуждаем вопрос о том, в какой степени Atlantik-Brücke следует сосредоточиться на Китае». При этом Мерца интересуют критерии, которые в новых условиях по-прежнему должны объединять Европу и Америку. В принципе, то же самое, что и раньше: общие ценности, экономические интересы и вопросы безопасности. По словам Мерца: «Речь идет как об общих ценностях и традициях, таких как демократия и гражданские свободы, так и о стратегических интересах в сфере экономики и безопасности. Америка, например, по-прежнему остается самым важным экономическим партнером для Европы, а также для Германии». То есть главное отличие современного трансатлантизма от его предшественника эпохи Холодной войны — это не двумерная, а многомерная конфронтация между Востоком и Западом. Советский блок рухнул, но оставил после себя метастазы в виде коммунистического Китая, путинской России и стремления к независимости от Запада во многим странах по всему миру.
Естественно, главным вопросом для Мерца был вопрос о том, как процесс переосмысления новых вызовов должен отразиться на работе Atlantik-Brücke. Начерченные им ориентиры коротко можно сформулировать следующим образом: расширение общества за счет регионов, углубление квалификации его членов, более тесная кооперации с органами власти, подготовка молодых кадров, формирование общественного мнения. Он говорит о новых шагах общества: «Мы хотим улучшить обмен между нашими членами и повысить их профессиональный уровень. Для этого мы инициировали создание рабочих групп и активизацию их деятельности на региональном уровне. В регионах Франкфурт/Гессен, Мюнхен/Южная Германия, Рейн-Рур, Гамбург/Северная Германия и Дрезден/Лейпциг под руководством членов правления были созданы региональные группы для более активного привлечения членов на местном уровне и налаживания контактов друг с другом».
Мерц в своем интервью не упустил из виду и тесные связи общества со структурами власти в Америке и влиятельными аналитическими центрами: «Кроме того, мы, конечно же, по-прежнему полагаемся на наши хорошие связи с лицами, принимающими решения по обе стороны Атлантики, и на наше стратегическое сотрудничество с ведущими учреждениями, такими как Мюнхенская конференция по безопасности или Американская торговая палата. Кроме того, мы возобновили сотрудничество с такими организациями, как Американский совет по Германии, и в будущем планируем расширить такие программы, как программа Young Leaders».
Программа Young Leaders (Молодые лидеры) — особая гордость общества. Она ориентирована на молодых, перспективных руководителей, которые приглашаются на ежегодные германо-американские и европейские конференции. Ряд участников программы «Молодые лидеры» впоследствии сами стали членами общества, например, председатель правления Axel Springer SE Матиас Дёпфнер, известный немецкий журналист Кай Дикманн, бывший министр иностранных дел Германии Анналена Баербок. Список очень большой — нынешних и бывших ведущих политиков, министров, журналистов, издателей и т.д.
Выработка единой политики общества — еще один важный аспект в деятельности общества. А именно: «У нас хорошо управляемая структура с квалифицированными кадрами, и мы хотим сохранить ее в будущем. Мы не являемся массовой организацией и придаем большое значение тому, чтобы наши члены были тесно другом с другом связаны. В первую очередь мы являемся организацией, формирующей общее мнение внутри организации. В принципе, воля наших членов является определяющей для нашей деятельности».
Мерц несколько лукавит: дискуссии и обмен мнениями внутри общества — это уровень клуба по интересам, но никак не уровень общества Atlantik-Brücke, собравшего в своих рядах элиту немецкого общества. Деятельность Atlantik-Brücke выходит далеко за пределы интересов обыкновенного клуба, пусть даже элитного. В этом признается и Мерц, когда говорит о роли общества в формировании общественного мнения: «Мы — интересная организация с очень интересными людьми. Наша цель — использовать наши обширные интеллектуальные ресурсы и опыт для формирования мнений по вопросам, которые волнуют нас в трансатлантических отношениях, и, конечно, использовать эти знания в международных сетях. … В качестве следующего шага можно, например, представить, что мы станем публичной платформой, чтобы отдельные лица могли выражать свои позиции в личных статьях. Следующий вопрос заключается в том, хотим ли мы более активно, чем раньше, влиять на формирование общественного мнения, например, в форме лекций, дискуссионных круглых столов и публикаций».
Мерц не делает тайны из того, в каком направлении должны вестись дискуссии, которые, в силу статуса общества, могут потом лечь в основу формирования общественного мнения, а то и принятия конкретных политических решений. Один из примеров — Китай, ставший одним из символов противостояния между Востоком и Западом. Мерц рассуждает о возможных проблемах в отношениях между Европой и Китаем: «Самый волнующий вопрос — действительно ли мы правы, полагая, что сможем навязать всему миру свои идеи демократии и рыночной экономики. Лично я считаю, что мы должны осознать, что в мире существуют идеи демократии, которые не совпадают с нашими. В Китае мы видим авторитарную систему, которая не приемлет вмешательства извне, но в то же время является одним из наших важнейших торговых партнеров. Я думаю, что это противоречие между нашим западным пониманием демократии, с одной стороны, и либерализацией рынка — с другой, особенно важно для нашей дискуссии с американцами».
Словом, Мерц как председатель общества Atlantik-Brücke, показал себя не только как хороший организатор, но и как политик, хорошо разбирающийся в проблемах современного трансатлантизма. Его работа в качестве председателя Наблюдательного совета BlackRock Asset Management German с 2016 по 2020 год позволила ему еще больше укрепить свою личную связь с международным сообществом трансатлантистов.
Мерц против Трампа
Но классические трансатлантисты по сути являются глобалистами. Их конфронтация с политикой Трампа, объявившего войну глобализму, была неизбежной. Это коснулось и Мерца, который в трампизме усмотрел угрозу трансатлантическому единству. По крайней мере, такое отношение к политике Трампа было у Мерца в 2017 году, когда он в журнале Rotary опубликовал свою статью под названием «Америка и Европа — только вместе». Трамп для него с самого начала не был обычным американским президентом. Он пишет: «Тот, кто в начале года верил, что новый президент США после избрания станет чуть более умеренным и пойдет навстречу своим оппонентам, что он перестанет писать в твиттере, будет хорошо работать с Конгрессом, уважать суды и серьезно относиться к прессе, то есть просто станет «нормальным» президентом, теперь должен понять: при таком президенте ничего не изменится. Никакие правила больше не действуют. Его простой посыл: «Америка превыше всего!». За первые несколько недель пребывания у власти президент Трамп показал, что он при этом имеет в виду». (3)
Ответ на вопрос, как европейцам и особенно немцам относиться к такому президенту, для Мерца очевиден: «Дональд Трамп — законно избранный президент Соединенных Штатов. Даже если большинству людей трудно с этим смириться, факт остается фактом. И чем скорее мы с этим смиримся, тем меньше времени будет потрачено на ненужное плаканье».
Во-первых, не следует полагаться лишь на то, что публикует в своем твитере Трамп: реальная политика намного сложнее, чем публичные заявления. Намного важнее разговаривать с американцами и доносить до них свое мнение. Мерц пишет: «Тем не менее, мы, живущие по эту сторону Атлантики, не должны бездействовать или даже в страхе смотреть на каждый твит, который доходит до нас из Вашингтона. Напротив, нам нужно говорить с американцами прямо сейчас и пытаться донести до них наш взгляд на вещи».
Но кто эти американцы? Мерц не скрывает своего предпочтения, указывая на тех, с кем нужно договариваться: это те, кто не согласен с политикой Трампа. Он пишет: «По мнению Трампа, НАТО «устарело», в то время как его госсекретарь и министр обороны превозносят Североатлантический альянс до небес. Президент придерживается своих протекционистских планов в экономической и финансовой политике, а его министр торговли и министр финансов уже подчеркнули ценность свободной мировой торговли и открытых границ на слушаниях в Конгрессе. Первые конфликты внутри правительства уже дают о себе знать: всего через несколько дней президенту пришлось заменить первых членов правительства, включая советника по национальной безопасности».
В 2017 году Мерц еще только планировал вернуться в большую политику. Лишь в 2020 году, после того как 2018 году он решил баллотироваться на пост председателя партии ХДС, он объявил, что в случае повторного избрания в Бундестаг больше не будет заниматься профессиональной деятельностью вне политики. Тем не менее он уже знал, о чем нужно говорить с американцами, а именно, что Трамп с его политикой национализма, экономической вражды и изоляционизма — это угроза для трансатлантизма. Он пишет: «Естественно, любое правительство в первую очередь должно заботится о благополучии своей страны. Но мир и свобода во всем мире зависят и от того, насколько ответственно государства относятся к тому, что происходит за их границами. Единственный способ двигаться вперед в правильном направлении — это следовать опыту прошлого и не отказываться бездумно от проверенных институтов, которые были созданы на основе этого опыта. В частности, европейцев и американцев объединяет история и опыт XX века. После двух мировых войн ответственные политики в Америке и Европе смогли создать новый политический порядок, который обеспечил нам уникальный период мира и свободы на протяжении более чем семи десятилетий. Президент Трумэн, заложивший основы для восстановления Германии подписанием плана Маршалла, считал это историческим поворотным моментом. За «эпохой национализма, экономической вражды и изоляционизма» последовала новая «эра сотрудничества, направленная на повышение благосостояния людей во всем мире». Трумэн знал, как возникла Великая депрессия в США; он также прекрасно осознавал разрушительные последствия отказа от кооперации, изоляционизма и протекционизма 1930-х годов».
К сожалению, Мерц исказил историю, выбросив из ее скрижалей тот очевидный факт, что без Советского Союза не было бы в 1945 году «поворотного момента» и нового мирового порядка. Кстати, мир до сих пор живет опытом послевоенного мирового порядка, установленного на Ялтинской конференции в 1945 году, и это несмотря на все попытки «ответственных политиков в Америке и Европе» после развала Советского Союза его переформатировать.
Но не это главное: Мерц лишний раз пытается доказать, что без трансатлантизма Западу не обойтись — с Трампом или без него. На этом фоне политика Трампа выглядит как предательство западных ценностей и идеалов, особенно перед лицом новых вызовов, таких как международный терроризм, изменение климата или кризис глобализации. Мерц пишет: «Качество наших открытых и либеральных обществ все же определяется тем, насколько мы уважаем и поддерживаем наши фундаментальные ценности и либеральные принципы перед лицом угроз. Несмотря на все различия, которые будут существовать между Европой и Америкой в будущем, это общий фундамент, на котором мы стоим и от которого мы можем отталкиваться. Европа и Америка могут сохранить свободу, демократию и права человека в будущем только вместе. Если сомнения в этом будут и дальше расти, то Европа и Америка понесут огромный ущерб».
Тем самым Мерц еще раз подчеркивает жизненную необходимость идеологии атлантизма в борьбе «старого» Запада» с «новым» Востоком. Он пишет: «Правительства и парламенты, институты гражданского общества и деловые круги по обе стороны Атлантики должны и обязаны тесно сотрудничать и поддерживать партнерские отношения, особенно сейчас, в свете серьезных международных вызовов и угроз».
Мерц, возглавляя общество Atlatik-Brücke, проявил себя как умелый организатор. Нет никаких сомнений в том, что он также настойчиво будет продвигать идеи классического, то есть воинствующего трансатлантизма в качестве канцлера Германии, опираясь на идейных сторонников в Европе и США. В этом, судя по всему, и состоит его главная миссия. Его задача — возглавить фронт европейских трансатлантистов в борьбе против трампизма, в крайнем случае — «пересидеть» Трампа до смены власти в Америке. Кое-что у него уже получается: он взял твердый курс Германии на милитаризацию, претендует на лидирующую роль в конфронтации с Россией, активно противодействует политике Трампа по урегулированию конфликта на Украине.
Но такая политика ставит целый ряд других вопросов. Например, насколько она соответствует экономическим интересам, историческому опыту Германии и настроениям большей части населения? Не получится ли так, что Германия, демонстрируя независимость по отношению к политике Трампа, вообще загонит страну в тупик? Да и какой это суверенитет, если он основан на конфликте с ведущими державами мира.
Мерца не критикует сегодня только ленивый. Он сильно рискует, причем не только собственной карьерой. Пожалуй, есть только одно объяснение тому, почему он это делает с таким упорством: он должен выполнить свою миссию до конца! Другими словами, он должен уберечь Европу от Трампа, сохранив — до лучших времен — классическое, а по сути воинствующее и русофобское трансатлантическое единство.
1. https://de.wikipedia.org/wiki/Friedrich_Merz
2. https://web.archive.org/web/20131029203607/http://www.atlantik-bruecke.org/w/files/dokumente/jahresbericht-2010_2011-final.pdf
3. Friedrich Merz: „Amerika und Europa – nur gemeinsam“, in: Rotary-Magazin, 01.03.2017.
И дальше до конца текста.