Валерий Горбунов

Проект "Занимательная политэкономика"

«Третий путь» в экономике: «метафора часов» против «метафоры дерева»

В книге «Конец экономики» (2010) Александра Дугина я нашел классификацию экономических моделей, которая, в частности, помогла мне лучше понять, какой может быть модель дальнейшего развития мира, если новолиберальный свободный рынок не считать панацеей от всех бед. Оказывается, у глобализма с его идеей однополярности и принципом лесе-фэр (Laissez-faire), который усиленно навязывается всему миру Западом, есть вполне приемлемая альтернатива. В частности, эта альтернатива, как я это понял, лежит в основе концепта многополярного мира, разработанного Александром Дугиным.

Как пишет Александр Дугин, первые экономические доктрины стали складываться в XVIII веке в интеллектуальном русле «рационализма». При этом была использована формула «метафоры часов», согласно которой Вселенная и все ее части, включая человеческое общество, могут быть уподоблены часовому механизму. Особенно популярна эта метафора была в приложении к государству. Все части «механизма» рассматривались как принципиально заменяемые, их общее число считалось строго известным, принцип и цель функционирования не вызывали никаких сомнений.

Социальный рационализм нашел свое полное выражение в трудах философов, которые сформировали представление о человеке как о типе чистого эгоиста, лишенного традиционной, исторической и национальной памяти, не связанного никакими ограничениями и естественными узами с общественной стихией и действующего исключительно в целях удовлетворения индивидуальных и чисто меркантильных запросов. «Метафора часов» оказалась приемлемой к такому обществу в полной мере. Общество мыслилось этими философами как составной механизм, агрегат, искусственная конструкция, состоящая из атомарных, автономных и дискретных частей — «эгоистических индивидуумов» в погоне за личным благосостоянием. В современном мире такие индивидуумы получили статус homo oeconomicus.

Философия либерализма, провозгласившая незыблемость прав и индивидуальных свобод человека, положила начало либеральным экономическим теориям. «Метафора часов» легла в основу экономического либерализма как его философское, идейное и даже «метафизическое» обоснование. В экономической области это означает «полную свободу торговли», знаменитый принцип лесе-фэр.

Философским источником либерализма принято считать учения теоретиков крайнего индивидуализма, развившиеся, в свою очередь, на базе принципа «индивидуального спасения». Этот принцип заложен в католической схоластике, а самое полное воплощение получил в протестантской этике. Для такого религиозно-философского подхода характерно представление об индивидууме как о совершенно самостоятельной, автономной, суверенной единице: «Каждый человек отвечает только за самого себя». Не случайно либеральная идеология получила максимальное развитие именно в протестантских странах, особенно в Англии. Адаптацию философии индивидуализма к области политэкономии осуществил Адам Смит (Adam Smith, 1723 — 1790), отец-основатель научной теории капиталистического хозяйствования.

От Адама Смита прямая линия идет к Австрийской экономической школе XIX века, (Österreichische Schule), модернизировавшей и применившей к современным условиям постулаты классического либерализма. Ключевой фигурой либеральной мысли в XX веке был Фридрих Август фон Хайек (Friedrich August von Hayek, 1899-1992). Наконец, последним этапом развития этой либеральной школы, которую можно рассматривать как наиболее ортодоксальную теорию капитализма, стала неолиберальная американская школа Сент-Луиса и Чикаго. Чикагскую школу возглавлял небезызвестный Милтон Фридман (Milton Friedman, 1912 — 2006).

Экономические теории, в основе которых лежит идеологическая база «метафоры часов», стали называть «ортодоксальными» (orthodoxe Theorien).

Ортодоксальным теориям противостоят так называемые «неортодоксальные экономические проекты», построенные на основе формулы «метафоры дерева». Они возникли в эпоху рационализма как интеллектуальная и философская оппозиция «метафоре часов». Представители этих теорий полагали, что общество и индивидуум обусловлены множеством исторических, национальных, культурных, географических и тому подобных фактов, являющихся качественными показателями, заменить которые также невозможно, как поменять листья дерева или его крону. Альтернативные теории сформировали одно громадное семейство, называемое совокупно «экономическими теориями третьего пути».

Если для либерализма, а также и для марксизма экономика — это судьба, то «еретики», напротив, считают экономику важным, но отнюдь не главным аспектом социально-политической реальности. Правда, в отношении того, что же именно является главным, мнения у сторонников «экономического третьего пути» значительно разнятся. Некоторые из них говорят о культурном, другие о национальном, третьи о государственном, четвертые об этническом, пятые о религиозном факторе и т.д.

Особая роль в развитии «неортодоксальных проектов» принадлежит немецким философам. Теории «экономики третьего пути» восходят в этико-философском аспекте преимущественно к немецкой идеалистической философии, особенно к Иоганну Готлибу Фихте (Johann Gottlieb Fichte, 1762 — 1814). Эта линия философии ведет к выдающемуся экономисту Фридриху Листу (Friedrich List, 1789 — 1846), который вместе со швейцарским экономистом Жан Шарлем Леонаром Симонд де Сисмонди (Simonde de Sismondi, 1773 — 1842) сформулировал основные положения так называемой «зависимой экономики».

В XIX веке синонимом всей «неортодоксальной» альтернативной экономической теории стала Немецкая историческая школа, в которой нашли отражение основные аспекты органического, исторического, качественного, идеального и традиционного подхода к человеку и обществу.

Самой яркой фигурой XIX века в сфере альтернативной экономики был Густав фон Шмоллер (Gustav Friedrich Schmoller, 1838 — 1917). Он подверг критике принципы экономического либерализма, подчеркивая несостоятельность механических упрощений в концепциях Джона Локка (John Locke, 1632 — 1704) и Адама Смита. Он разоблачал подмену в утверждении либералов, что основным мотивом человеческой деятельности является эгоизм, и показал, что в случае либеральных экономических теорий мы имеем дело не просто с отдельной наукой — экономикой, но с особой идеологией, которую он назвал «экономизмом».

Теории Шмоллера были развиты позднее знаменитыми немецкими философами и социологами Максом Вебером (Max Weber,1864 — 1920) и Вернером Сомбартом (Werner Sombart, 1863 — 1941). Они развили собственно социологический подход, который рассматривал экономические проблемы в глобальном контексте общества, понятого как органическое, историческое и духовное единство, не поддающееся анатомическому расчленению.

Все эти школы в совокупности представляют собой целый спектр учений, расположенный между крайним капитализмом (либерализмом) и ортодоксальным марксизмом. Но при этом важно подчеркнуть, что «третий путь» в экономике отнюдь не является простым компромиссом между капитализмом и марксизмом, каким-то промежуточным средним вариантом. Он основан на особых мировоззренческих и научных предпосылках и поэтому может быть рассмотрен как нечто самостоятельное.

Естественно, «Третий путь» в экономике — как течение философской мысли — не имеет ничего общего с национализмом. Попытки списать неортодоксальные теории в архив истории как неонацистские и даже фашистские говорит о том, что они вполне могут конкурировать с ортодоксальными доктринами.

Источники:

  • Александр Дугин, Конец экономики, Амфора. ТИД Амфора, 2010.